Новороссия: кто и за кого там воюет?

ЕЛЕНА БУШУЕВА

 

Киевские события 2013 – 2014 годов привели не только к политическим изменениям на Украине, но и к трансформации ее карты. Крымский полуостров вернулся в состав России, а на востоке страны образовались Донецкая и Луганская народные республики, составляющие часть земель исторической Новороссии. К этим трем регионам по-прежнему приковано внимание не только СМИ, но и политологов, социологов, экспертов различных международных организаций, пытающихся объяснить и спрогнозировать дальнейший ход событий. Не стал исключением и «круглый стол» на тему: «Социально-политические измерения русского мира: Россия, Украина и Новороссия», состоявшийся в Крымском федеральном университете. Здесь также презентовали книгу московских авторов А. В. Бедрицкого, А. В.Кочеткова и С. О. Бышока «Демократия под огнем. Выборы в народных республиках Донбасса». Мнение некоторых участников «круглого стола» о причинах и возможных последствиях происходящего, в первую очередь на юго-востоке Украины, на наш взгляд, заслуживает внимания.

 

Украина – сложное государство

– События в Украине затрагивают умы и сердца большинства людей, которые переживают за будущее свое и близких, за будущее стран, будущее мира, в конце концов, – считает доктор политических наук, профессор, завкафедрой политических наук и международных отношений Таврической академии Сергей Юрченко. – Потому что оценки этих событий имеют достаточно широкий диапазон: от мнения, что конфликт может быть урегулирован в определенном формате, до мысли о том, что события на юго-востоке Украины могут привести к крупному международному конфликту.

– Каждый из регионов Украины уникален, – говорит один из авторов книги «Демократия под огнем. Выборы в народных республиках Донбасса» Александр Бедрицкий. – И решение судьбы этого государства не имеет каких-то общих и универсальных рецептов. Невозможно сказать, что, например, события, которые происходили в Крыму год назад, повторятся в каком-то другом регионе Украины. Либо то, что сейчас происходит в Донецкой и Луганской областях, воспримется как модель в центральных, восточных или западных регионах страны. Украина – сложное государство, которое сейчас, к сожалению, находится в стадии деградации. Действительно к сожалению, потому что в конечном счете события, происходящие там, затрагивают судьбы многих людей. И будущее Украины, а соответственно и людей, там живущих, остается под большим вопросом. Украина с 2004 года находится в стадии перманентных майданов. И это привело к тому, что в стране сформировалось явление, которое в нашей книге обозначено как «охлократия». Привычка изменять государственное устройство, менять президентов по своему усмотрению, минуя государственные институты, уже стала традицией для Украины. Она вылилась в государственный переворот февраля 2014 года, выход Крыма из состава Украины и воссоединение с РФ, а затем в кровавую гражданскую войну на юго-востоке страны. Россия в данных условиях стремится действовать в рамках международной правовой модели, которая сформировалась еще в 1945 году в Ялте, иногда даже в ущерб собственным национальным интересам. Россия стремится сохранить тот статус-кво, который сложился и обеспечивал отсутствие крупных конфликтов на планете в течение 70 лет.

Что касается Новороссии, то ее будущее, по мнению Александра Бедрицкого, под вопросом.

– Но, с другой стороны, становление институтов прямой демократии, попытка формирования цивилизованных методов формирования государственных институтов, в отличие от киевской охлократии, дают принципиально новую модель государственного устройства, которую невозможно игнорировать. И которая, по большому счету, является вызовом для европейских, западных институтов демократического государства, – считает Бедрицкий.

 

Выигрывает тот, кого не видно?

 

– Мой исследовательский опыт показывает, что в любом конфликте всегда выигрывает тот, кого в этом конфликте не видно, – говорит Сергей Юрченко. – Глядя на ситуацию, которая разворачивается на юго-востоке Украины, представляется, что есть два субъекта, которые в этом конфликте явно не видны, – это США и Китай. Китай – отдельная тема. А вот что касается США… Одной из высших наград в этом государстве является медаль Конгресса. Думаю, все, кто отвечал за политику в отношении Украины, этой медалью награждены. Потому что это несомненный крупный и долговременный успех американской политики на евразийском пространстве. А ситуация с Крымом является, в общем итоге, выигрышным ходом в проигранной шахматной партии, если проводить шахматные аналогии. Хотя можно проводить и другие. Например, если говорить о вопросе российской политики на Украине. Мы ведь жили в этом государстве 23 года и прекрасно знаем, что в нем происходило, какую политику проводила Россия в отношении Крыма. Знаем, что некоторые представители крымского интеллектуального сообщества как партизаны вели соответствующие действия, чтобы защитить те идеи, которые впоследствии восторжествовали. А где было внимание к этим идеям со стороны России? И возникает вопрос: какова должна была быть судьба генералов ФСБ и ГРУ, которые отвечали за это направление, когда в итоге столкнулись две части одного народа? Это идеальная ситуация для третьей силы. Всегда свои своим же оружием бьют так, как не бьют никого. И в этом смысле фундаментальный вопрос и русского мира, и Украины, и Новороссии находится в России. Там же нужно искать ответ на него и многие другие вопросы. Говоря о конфликте на юго-востоке Украины, нельзя забывать о его социально-политическом измерении. Что происходит в Новороссии? Кто там воюет? Какова позиция финансово-промышленной группы Ахметова? Как она стыкуется с российскими финансово-промышленными группами? Как происходит дележ между украинскими финансово-промышленными группами? Кто воюет в частных армиях? Люди, которые там бывали, говорят, что приблизительно 10% – добровольцы из России. Они занимают как бы верхнюю часть пирамиды. 80% – это местные жители, которые воюют по разным причинам. А 10% – это маргиналы, которые решают там свои вопросы преступным путем. Да, эта пирамида может меняться. Но в этих информационных ветрах мы, и в первую очередь профессионалы-политологи, теряем некое важное измерение: а собственно, чьи интересы там, в Новороссии, соприкасаются? В моем понимании это слоеный пирог, в котором различные слои стыкуются в самом причудливом порядке. Для меня Украина – это, несомненно, американский проект. Естественно, возникает вопрос: сколь долго Америка может поддерживать приблизительно 100 тысяч человек, чтобы держать в страхе остальные 36 миллионов населения? Согласитесь, достаточно долго. И ответ на вопрос о будущем Украины зависит от ответа на вопрос о том, какая политика будет в Америке. Если она заинтересована в конфликте, Украина будет существовать. Согласитесь, ее судьба под вопросом последние 400 лет. Но конфигурация этого пространства важна еще и в геополитическом плане. Поэтому события, происходящие на Украине, в Новороссии, нуждаются в серьезном анализе и очень важны для нас. Поскольку, хотим мы того или нет, с Украиной или с «украинами», с этим пространством нам придется взаимодействовать. Придется взаимодействовать с людьми, которые там живут. А для чтобы взаимодействовать, необходимо знать.