Красноречивое молчание

ЕВГЕНИЙ КРУГЛОВ

Анонсированное осенью прошлого года намерение обеспечить максимальную эффективность расследования фактов исчезновения и откровенного похищения нескольких человек на текущий день сошли на нет. Об этом корреспонденту «1К» рассказали члены правозащитного объединения «Крымская полевая миссия по правам человека».

 

По техническим причинам

Как следует из отчета правозащитников, одной из основных задачей работы контактной группы по поиску похищенных людей в Крыму должен был стать общественный контроль работы правоохранительных органов по расследованию резонансных дел, связанных с похищениями, исчезновениями и убийствами крымских татар, произошедших на протяжении последнего года.

Крымские власти в лице главы республики Сергея Аксенова, надо отдать должное оказали максимальное содействие этой инициативе, демонстрируя, что и у правительства полуострова интерес один – профессиональное расследование всех инцидентов. Аксенов даже демонстрировал готовность собираться каждый месяц и заслушивать отчет правоохранителей о том, как продвигается следствие.

Но силовики о проводимой работе отчитались всего раз и после этого по разного рода «техническим» причинам уже третий месяц от встреч уклоняются. Конечно, от следователей никто и не ждал фонтана служебной информации, но у общественников накопилось немало претензий к работе силовиков.

 

Потерянные письма

Взять, к примеру, резонансное дело об убийстве Решата Аметова, труп которого с многочисленными следами пыток был найден в марте прошлого года в Белогорском районе. Очень удивляет то, что работники правоохранительных органов возбудили дело по факту убийства, а вот по факту похищения Аметова, которое предшествовало более тяжкому преступлению, почему-то дело не возбуждено, хотя имеются несколько видеозаписей, на которых видно, как его силой усаживают в машину.

Впрочем, на этом странности дела не заканчиваются – долгое время брат Аметова не мог добиться, чтобы следствие признало его потерпевшим. Ему это надо было для того, чтобы оценку следственным действиям смог дать толковый адвокат – уж очень откровенно правоохранители намекали, что убийство никогда не будет раскрыто.

Но ответное письмо, по словам следователя, вдруг «потерялось» и его долго не могли найти. До тех пор, пока не была направлена жалоба на бездействие правоохранителя его руководству. Но и это не спасло положение – по нынешний день адвокат потерпевшего не имеет возможности ознакомиться с материалами дела и даже не получил ответ на свою жалобу, хотя установленные законодательством сроки вышли уже давно.

 

А был ли «биллинг»

Аналогичная ситуация сложилась в деле об исчезновении трех общественных активистов, пропавших один за другим на протяжении двух недель мая. Почему-то органы правопорядка не допускают адвоката к материалам дела даже на расстояние пушечного выстрела. И в раздел пропавших без вести на официальном сайте главка МВД данные этих людей очень долгое время размещать не хотели.

При этом, по неподтвержденной информации, рабочая версия органов следствия заключается в том, что один из трех пропавших конфликтовал с двумя другими, похитил их, а потом, опасаясь ответственности, выехал на Украину. И хотя, на первый взгляд, версия кажется абсурдной да и в целом эти сведения ничем не подкреплены, повышенная скрытность правоохранителей лишь усугубляет подозрения, что именно эта гипотеза рассматривается в деле если не как единственная, то уж точно в качестве основной.

А между тем в прессе прошла информация, что телефон одного из активистов, Сейрана Зинетдинова, отключившийся в день исчезновения, на следующий день вдруг появился в сети и некоторое время отвечал долгими гудками. Близкие Сейрана подключили кого только могли и установили место, откуда исходил сигнал, – это оказался один из частных пансионатов в Сакском районе, на территорию которого их охрана не пустила. О том, как интерпретирован этот эпизод в уголовном деле об исчезновениях в мае, на данный момент неизвестно.

 

Похищения продолжились

Следующий всплеск преступлений был отмечен в сентябре прошлого года. Открыло череду происшествий явное похищение двух молодых людей в поселке Сары-Су под Белогорском. Очевидцы утверждают, что двое молодых людей – Ислям Джепаров и Джевдет Ислямов – шли по дороге, когда рядом остановился тонированный микроавтобус, из которого выскочили несколько человек в черной униформе. Они скрутили парней, обыскали, силой затолкали в автобус и скрылись в неизвестном направлении.

Несмотря на то, что номер и марку автомобиля очевидцы запомнили, а заявление о похищении в полицию поступило не позже чем через пятнадцать минут после совершения преступления, по словам отца одного из парней Абдурешита Джепарова, сотрудники правоохранительных органов не приняли никаких мер для оперативного реагирования и поиска преступников. Станут ли давать органы следствия правовую оценку деятельности своих коллег, которые упустили похитителей, и отрабатывать их на соучастие – один из ключевых вопросов этого дела.

Спустя всего несколько дней исчез сакчанин Эдем Асанов, которого через неделю нашли повешенным в здании одного из заброшенных евпаторийских санаториев. Уголовное дело, по всей видимости, давно закрыто, оформленное как суицид. Однако бытует мнение, что данные судебно-медицинской экспертизы тела Асанова не вполне укладываются в рамки версии о самоубийстве. Впрочем, даже если бы правоохранители открыто шли на диалог, доступ к материалам дела они могли бы открыть только одной из сторон – в данном случае родственникам, которые откровенно против общественного внимания к произошедшему.

В начале октября прошлого года в Симферополе по дороге на работу исчез Эскендер Апселямов, который всего за полчаса до этого звонил родителям и сообщил, что купил билет на автобус домой. Последний раз его видели в магазине неподалеку от места работы, в дальнейшем его мобильный телефон был отключен. На единственном совместном заседании Контактной группы при Совмине правоохранители оо Апселямове услышали впервые и пообещали передать дело о его исчезновении из райотдела в Следственный комитет.

Общественный резонанс вокруг этих событий был таким, что в дальнейшем, когда два подростка отравились наркотиками, а студентка крымского вуза сбежала с бой-френдом из дома, эти случаи сразу причислили к исчезновениям и подняли волну паники. Что, в общем-то, и понятно в ситуации, когда правоохранители уж очень красноречиво продолжают молчать.