Александр Проханов: «Без государства мы просто ничто»

 

Для либералов он – и «соловей Генштаба», и варвар-эстет, и отчаянный сюрреалист, и даже «прикольный динозавр». Сам он называет себя православным сталинистом и последним солдатом империи, в том числе и той самой, что рухнула в 1991-м. Об имперских задачах России, смысле государства и православном сталинизме известный российский писатель и общественный деятель Александр Проханов рассказал в интервью корреспонденту «1К».

1К Александр Андреевич, в одной из своих статей вы написали, что «российская политическая мысль ничтожна без имперской задачи». «Ее рано или поздно сформулируют. Эта задача должна быть такова, чтобы снова загрузить народ в полном объеме – экономическом, геостратегическом, метафизическом. Поставить безработным, мающимся дурью поколениям почти недостижимую цель, достижение которой и породит долгожданное русское чудо», – подчеркнули вы. Каким вам видится исторический путь России, устремленный к этому самому долгожданному русскому чуду?

АП Впереди у России нет иного выбора, как создание империи. Как она будет называться, какой она будет, какая новизна будет в этой империи, какая роль будет в ней других народов, других столиц, других регионов, – но это будет симфония, гармониях великих евразийских пространств, гармония великих населяющих эти пространства народов. И эта гармония достижима, потому что здесь – сам проект создания русского народа. Русский народ был создан как имперский народ, его мировое мессианство должно объединять вокруг себя другие народы среди тьмы и кромешности. Во-вторых, русское глубинное сознание связано с идеальным бытием, оно связано с райским смыслом. Русский человек не довольствуется миром, в котором господствуют насилие, зло, подчинение большинства меньшинству, несправедливость, надругательство над святынями. Русские волшебные сказки – они уже проповедуют рай на земле. И герой русских сказок не может жить в атмосфере зла и смерти. Он ест молодильные яблоки – и становится бессмертным. Он уничтожает зло – и создает райское, божественное пребывание в этом мире. Старец Филофей, который провозгласил концепцию «Москва – третий Рим», в знаменитом послании Василию III писал, что смысл государства заключается в том, чтобы государство не просто увеличило свою казну, свои пространства, усилило армию, а смысл государства в том, чтобы оно сберегало православную райскую сущность, чтобы оно берегло как зеницу ока этот божественный завет создания идеального бытия. А что такое коммунизм? Что такое «красная эра», которую все называют атеистической и безбожной? Это воспроизведение в новых условиях все того же завета, все той же мечты о райском чуде, о райском саде. Кстати, после войны, когда еще дымились деревни, когда еще не просели могилы, когда рыдали вдовы, – Сталин приказал сажать сады. По всей России тогда сажали сады и лесозащитные полосы. И среди разрушенных деревень, обугленных изб цвели волшебные сады. Поэтому идея справедливости – не просто социальной, как было в советское время, а божественной, высшей справедливости, где между человеком и человеком устанавливаются поразительная справедливость, братство, любовь, между человеком и государством, между человеком и природой, между человеком и машиной, звездой небесной и цветком полевым. И эта божественная справедливость – она живет в русском сознании, в русском человеке. Поэтому совершенно очевидны две истины: мечта одного отдельно взятого русского человека о космическом чуде, космическом рае, будь то Пушкин, Достоевский или космист Циолковский, и задача русского народа и русской истории создавать великие народы, ансамбли. Вот эти две сущности есть основа будущей русской идеологии. И эта идеология, конечно, связана с примирением двух враждующих до сих пор эпох: православно-монархической и сталинско-красной, коммунистической. И наш Изборский клуб (периодическое собрание известных экспертов, специализирующихся на изучении внешней и внутренней политики России; создан в сентябре 2012 г., во время празднования 1150-летия города Изборска – ред.) проводит огромную работу по примирению этих двух имперских течений. Потому что обе эти формации рухнули под ударом либеральной стихии. Царь погиб после революции в феврале 1917 года, когда, по существу, его предали все – и церковь, и армия, и культура, – и Советский Союз погиб после невероятной революции Горбачева в августе 1991-го. И нас нечего делить: у нас в руках пространства, заветы, заповеди и огромная задача объединить усилия всех государств, для которых социальное значит меньше, чем имперское. Но в недрах этой империи, которую мы строим, конечно же, должна быть идея блага, идея рая, абсолютного и чудесного пребывания. Эти вещи выстраданы всей моей жизнью, всем моим опытом, всем моим пребыванием в этом мире. И может быть, не столько моим знанием, сколькой моей верой. Потому что вера в чудо является загадочным, но абсолютно постоянно действующим фактором нашей истории. И когда все кажется совершенно невозможным, когда кругом царит погибель, кругом одни предатели, враги, когда стены Кремля долбят стенобитные машины, – совершается чудо. Одним из таких чудес, которые произошли в наше время и повлияли на мое сознание, мою жизнь, это чудо Евгения Родионова.

1К Русского парня, который был зверски казнен чеченскими боевиками.

АП Это чудо солдатика, мальчика, который попал в плен, которому предлагали жизнь, но требовали отречься от православия и перейти на их сторону. Но он не отрекся – и ему отрезали голову и закопали. Его мать отправилась на поиски сына, она в воюющей Чечне двигалась от села к селу, ее били, гнали. Она отыскала место, где похоронен ее сын, откопала его и добилась того, чтобы его доставили в Подольск, и там его тело было погребено. И второй раз поехала в Чечню – искать голову сына. А боевики по странному полуязыческому обычаю, когда отрезают голову, затем разбивают ее прикладом, чтобы «не мстила» эта голова. Она нашла эту голову, везла в сумке в поезде и погребла. И это событие осталось абсолютно безвестным, непознанным. Но странным образом весть о Евгении Родионове стала распространяться. Если этот подвиг был совершен, значит, ему было за что совершать этот подвиг. Значит, страна не погибла, значит, страна у нас уцелела, уцелели основы существования народа. А потом произошла трагедия с подлодкой «Курск», и последний остававшийся на ней матрос последнее что сделал – послал наверх записку: «Не надо отчаиваться». Это такой как бы завет тем, кто еще жив.

1К Вы упомянули Изборский клуб. Чем сегодня занято это собрание, объединившее одни из лучших умов современной России?

АП Изборский клуб – это собрание людей, долго и хорошо знающих друг друга. К этому объединению каждый шел своим путем; есть такие, кто исповедовал либеральные идеи, а кто-то – коммунистические, есть евразийцы, есть умеренные патриоты, экономисты, философы. Основался клуб в сентябре прошлого года, и за это время уже подготовлены несколько докладов для российского руководства. Первый доклад назывался «Стратегия рывка», это то, о чем говорил Путин. Второй доклад посвящен военному строительству. После ухода с поста министра обороны России Сердюкова (Анатолий Сердюков, в 2007 – 2012 гг. министр обороны РФ – ред.) обнажилась страшная рана на теле вооруженных сил. Сергей Шойгу пришел фактически на развалины армии. Мы для него сделали доклад, в котором даны исследования проблем рисков, новых театров военных действий, новых методик ведения войны, новых типов вооружений. Клуб – это не только фабрика мысли. У него есть и другая задача – показать русскому патриотическому сообществу, что оно не одиноко, что у него есть центр и мы будем привлекать для участия в клубе настоящих патриотов из всех регионов России.

1К Будучи православным сталинистом, как вы оцениваете депортацию крымских татар и других народов из Крыма в 1944 году?

АП Всякая империя несет в себе элементы насилия. И все же выселение крымских татар, греков и других народностей – это ужасное событие, страшное злодеяние. Присоединение Кавказа к России, походы генерала Ермолова, период, когда воевали на Кавказе Лев Толстой, Лермонтов… Разве там не было насилия над народом? А что делал Иван Грозный, этот мерзавец, страшный, кровавый царь? Он усмирил Новгород, который хотел уйти в Европу, разгромил его, усмирил Тверь, казнил всех, кто не хотел централистского государства. Это страшное злодеяние. А что такое принятие православия на Руси? Сколько мерзости совершили! Было восстание волхвов, сажали людей на колы, рубили! А как страшно поступил Каин по отношению к Авелю, вспомните. И Господь Бог за что выгнал Адама и Еву из рая? Ну, потрахались – и все. Казалось бы, так хорошо: среди птичек, цветов. А выгнал. Поэтому историю нельзя рассматривать локально: она такова. И думаю, если ее рассматривать этически, вся история – на крови, вся она не поддается христианским канонам, у которых христианские мотивации. Тогда Сталин поступил так, как считал необходимым. А потом пришел Хрущев и эту мотивацию устранил. И была доктрина о возвращении народов при Горбачеве. И эти народы возвращаются – и возникает жуткий конфликт. Я не исключаю, что две чеченские войны были результатом того, что чеченцы были реабилитированы, вернулись из ссылки и решили взять реванш – была страшная бойня, насиловали и убивали русских девчат, два раза испепеляли Грозный. И что? Нашли формы урегулирования, нашли гуманные подходы? У Сталина была такая форма. А эти что, нашли гуманные подходы? Гуманные подходы Горбачева привели к разрушению Советского Союза, к таким огромным человеческим катастрофам, к такому количеству несчастий!

1К Другого выхода в той ситуации и не было?

АП Не могу сказать. Но мне кажется, что другого выхода и не искали. Нам трудно это представить: война, 30 миллионов убитых, 30 миллионов окровавленных тел – это снимает все представления о сострадании, о жалости, об осторожности. По миру катилась кровавая, дикая, страшная волна, все были включены в это колоссальное насилие и противодействие этому насилию.

1К Признаваясь в том, что государство есть высшая ценность, в которой народ аккумулирует свою способность к историческому творчеству, вы отмечали, что исповедуете «религию, именуемую государственной». Но наряду с этим называли себя «православным сталинистом», то есть все-таки православным. Как православный вы не можете не знать символ веры, десятый член которого гласит: «исповедую едино Крещение во исполнение грехов». Неужели вы служите одновременно двум богам? Или как?

АП Иван Грозный окружал себя православной средой и рубил топорами. Александр Невский сражался под крестом православным, и тевтоны были христианами. Если бы я был настоящим христианином, – а я не настоящий, я недостоин называться христианином православным, то есть последователем Христа, то есть воспринял бы Священное Писание так, как его следует познавать, я бы вообще ушел от мира и сейчас не разговаривал бы с вами.

1К Но вы в молодости уходили в деревню…

АП Тогда мотивация была у меня не христианская, а, скорее, языческая. Я уходил от цивилизации на природу, в леса, на волю. Когда мы исповедуем ту или иную религию, веру, мы же исповедуем ее не до конца. Мы все – полуверцы. Не полуверцами являются, наверное, святые, да и те, вероятно, не все. Думаю, если бы Серафиму Саровскому сказать: «Батюшка, ты абсолютно исповедуешь Христа и в тебе Христос», он, наверное, прогнал бы. У русских людей три религии. Первая – это религия природы русской. Мы исповедуем православную веру – это вторая религия, – соединенную с первой: это светоносное солнечное состояние. И государство, без которого мы просто ничто.

 

Беседовал Алексей Вакуленко

 

Досье

Александр Андреевич Проханов (76 лет) – советский и российский политический деятель, писатель, публицист. Член секретариата Союза писателей России. Главный редактор газеты «Завтра», председатель и один из учредителей Изборского клуба. В 1960 году окончил Московский авиационный институт, на последнем курсе вуза стал писать стихи и прозу. Работал инженером НИИ, потом лесником в Карелии, водил туристов в Хибины, принимал участие в геологоразведке в Туве. В 1968 году начал работу в «Литературной газете», с 1970 года став ее корреспондентом в Афганистане, Никарагуа, Камбодже, Анголе… С 1989 по 1991 год – главный редактор журнала «Советская литература». В декабре 1990-го создал собственную газету «День» и стал ее главным редактором. После октябрьских событий 1993 года газета была закрыта властями. Преемником издания стала основанная в 1993 году газета «Завтра», главным редактором которой снова стал Проханов.